Финансовая фрагментация: деньги становятся инструментом геополитики
Мировая финансовая система входит в период глубоких перемен. Капитал, торговые расчёты и валютное регулирование всё чаще зависят не только от экономической логики, но и от политических интересов государств. На первый план выходят региональные объединения, альтернативные платёжные механизмы, цифровые активы и контроль над критически важной инфраструктурой.
Эта тенденция стала одной из центральных тем дискуссии "Геополитика финансов", прошедшей в рамках Петербургского международного экономического форума - 2026 при поддержке Фонда Росконгресс. Участники обсуждения анализировали, почему традиционные правила мировой экономики перестают работать одинаково для всех и как меняется роль денег в условиях многополярного мира.
Почему богатство больше не гарантирует влияние
Ранее наличие финансовых ресурсов фактически означало возможность решать большинство экономических и политических задач. Однако сегодня даже значительные резервы не всегда позволяют стране свободно распоряжаться собственными средствами. Доступ к расчётам, инвестициям, международным рынкам и финансовой инфраструктуре может зависеть от политических решений.
Генеральный директор Организации Объединённых Наций в Женеве Татьяна Валовая отметила, что разговор о реформе мировой валютно-финансовой системы продолжается уже несколько десятилетий. Но за это время сама проблема стала значительно сложнее.
По её словам, одни государства обладают деньгами, но не могут полноценно использовать свои активы. Другим, прежде всего развивающимся странам, доступны широкие экономические возможности, однако им не хватает финансирования. В результате глобальная система не обеспечивает справедливого механизма привлечения средств и их последующего использования.
Разрыв особенно заметен при сравнении расходов на развитие и военных бюджетов. По оценке Валовой, для достижения целей устойчивого развития миру ежегодно требуется около 4 трлн долларов. При этом мировые военные расходы приближаются к 3 трлн долларов, а развивающиеся государства направляют почти 1,5 трлн долларов на выплату процентов по долговым обязательствам.
От санкций к системному разделению
Финансовые инструменты изначально создавались для обеспечения прозрачности, борьбы с отмыванием средств и пресечения незаконных операций. Однако постепенно механизмы контроля стали использоваться и как средство политического давления.
Ограничения на движение капитала, блокировка активов, запрет на доступ к отдельным платёжным системам и валютным операциям теперь способны влиять на внешнюю политику, промышленность, энергетику и оборонный сектор. Таким образом, финансовая инфраструктура превратилась в самостоятельный фактор международной безопасности.
Модератор дискуссии, генеральный директор фонда "Природа и люди" Сергей Рыбаков подчеркнул, что геополитический вес государства сегодня определяется не только армией или размером экономики. Не менее важны ликвидность, объём активов и способность контролировать ключевые элементы глобальной финансовой инфраструктуры - от энергетических проектов до цифровых сетей.
На этом фоне единая мировая система постепенно уступает место нескольким параллельным контурам. Государства укрепляют национальные платёжные платформы, развивают расчёты в региональных валютах и создают механизмы, которые позволяют снижать зависимость от внешних финансовых центров.
Региональные объединения набирают вес
Усложнение международных расчётов стимулирует страны искать более устойчивые и предсказуемые форматы сотрудничества. Речь идёт не только о торговых соглашениях, но и о создании собственных банков развития, страховых механизмов, клиринговых центров и систем обмена финансовой информацией.
По мнению президента Сети ООН по поиску решений в области устойчивого развития Джеффри Сакса, экономика всё чаще воспринимается как инструмент политического влияния. В таких условиях особое значение приобретают реальные инвестиции, технологическое партнёрство, совместное производство и создание устойчивых цепочек поставок.
Отдельную роль эксперт отвёл Евразии. Регион постепенно становится одним из главных центров мировой производственной активности благодаря ресурсной базе, промышленному потенциалу и расширению связей между государствами. В долгосрочной перспективе именно сочетание природных ресурсов, технологий, логистики и внутреннего спроса будет определять конкурентоспособность экономик.
Цифровые активы как ответ на ограничения
Ещё десять лет назад криптовалюты воспринимались преимущественно как спекулятивный инструмент и объект регулирования. Теперь к цифровым активам проявляют интерес государства, банки и крупные корпорации. Их рассматривают как один из способов упростить трансграничные расчёты и уменьшить зависимость от традиционной инфраструктуры.
Однако цифровизация не решает всех проблем автоматически. Криптовалюты и цифровые деньги требуют единых правил, защиты от мошенничества, контроля за рисками и согласованных подходов к налогообложению. Без международных договорённостей фрагментация может перейти и в цифровую сферу: разные государства будут создавать несовместимые платформы и собственные стандарты обращения активов.
В то же время развитие цифрового рубля, национальных цифровых валют и блокчейн-технологий способно ускорить расчёты, снизить издержки и сделать финансовые операции более прозрачными. При грамотном регулировании такие решения могут стать связующим элементом между региональными экономическими системами.
Российский рынок капитала
Заместитель секретаря Совета Безопасности Российской Федерации Александр Масленников сообщил, что по итогам 2025 года совокупные активы российских финансовых организаций достигли 285 трлн рублей. По сравнению с 2020 годом показатель увеличился вдвое.
Рост активов отражает не только расширение банковского сектора, но и перестройку внутреннего финансового рынка. После изменения внешних условий российские компании и банки были вынуждены быстрее развивать собственные расчётные инструменты, расширять использование национальной валюты и искать новые направления международного взаимодействия.
Для дальнейшего развития рынку необходимы длинные деньги, доступное кредитование и понятные правила для инвесторов. Особое значение имеют проекты в промышленности, инфраструктуре, энергетике, транспорте и технологическом секторе. Именно они способны обеспечить переход от краткосрочных финансовых операций к устойчивому экономическому росту.
Как изменится мировая экономика
Фрагментация не означает полного отказа от глобализации. Скорее, мировая экономика переходит к более сложной модели, в которой одновременно действуют несколько центров силы. Страны продолжают торговать друг с другом, но всё чаще выбирают партнёров с учётом политической надёжности, технологической совместимости и устойчивости логистики.
В ближайшие годы можно ожидать дальнейшего роста расчётов в национальных валютах, развития региональных банков и усиления контроля за трансграничным движением капитала. Компании будут уделять больше внимания диверсификации поставщиков, размещению производств в дружественных юрисдикциях и защите финансовых данных.
Главный вызов заключается в том, чтобы конкуренция финансовых систем не привела к окончательному разрушению общих правил. Международной экономике по-прежнему необходимы прозрачные механизмы разрешения споров, доступ к финансированию развития и согласованные стандарты для цифровых инструментов.
Многополярный мир требует обновления финансовой архитектуры. Если старые институты не смогут учитывать интересы растущего числа экономических центров, их место будут занимать региональные союзы и альтернативные платформы. В этих условиях деньги становятся не просто средством обмена или накопления, а важнейшим ресурсом политической самостоятельности и инструментом формирования нового мирового порядка.
